c05a6d3a   

Холланек Адам - Его Нельзя Поджигать



Адам Холланек
Его нельзя поджигать
Пер. М. Пухова
Некий Дюпре, родом из Дельф, всю свою жизнь занимавшийся химией,
изобрел огонь настолько быстрый и всепожирающий, что нельзя было ни убежать
от него, ни его погасить... Когда стало ясно, что один человек с помощью
своего искусства способен уничтожить целый флот или сжечь город, причем не
в человеческих силах помешать этому, король запретил упомянутому Дюпре
разглашать свой секрет и вознаградил его за молчание. И хотя король вел в
то время войну, полную неудач, он боялся умножить человеческое горе и
предпочитал бедствовать сам. Дюпре умер и, видимо, унес в могилу свою
зловещую тайну.
Ф. М. Гримм (приведено Яном Парйндовским в "Солнечных часах")
Майское солнце в десять утра стоит уже высоко, но Юлии зябко. Она
сидит у открытого окна и расчесывает свои длинные белокурые волосы
магнитным гребнем: тот мгновенно и безотказно завивает их в мелкие локоны.
Солнце греет так слабо из-за множества пятен, которые покрывают его
словно язвы. "Больное Солнце" так именуют это газетчики. Пресса сообщает о
панике среди астрофизиков: они полагают, что немалую часть излучения крадет
у нашего дневного светила некое неизвестное ранее небесное тело. Этого
космического грабителя назвали "Анисолнцем"; вероятно, оно существовало
всегда, просто раньше не было столь активным. Настоящий космический рак.
Никому не известно, сожрет ли оно Солнце полностью и если да, то когда.
Однако дети рождаются уже слабенькими, да и взрослые стали бледнее, тем не
менее все против включения искусственных солнц.
Когда неделю назад, вспоминает Юлия, зажгли одно из трех, которыми
располагают энергетические власти региона, одно-единственное и всего на
какие-то полчаса, на улицы вышли колонны демонстрантов.
Со своего сотого - самого верхнего - этажа она отлично видела
движущийся муравейник с пестрыми лоскутками транспарантов. Машины стояли, а
толпа заполняла каньоны улиц, ревущая, взбудораженная, даже воздух дрожал
от грохота. Никто не хочет поддельного зноя, из-за которого, по словам
некоторых ученых, останавливаются сердца, сохнут почки, сминаются печени, а
ребенок может задохнуться еще не родившись...
Ученые, ученые, опять эти ученые. Их противоречивые мнения,
рекомендации и прогнозы. Плоды их науки: сначала дивные и удобные, но потом
оборачивающиеся какой-нибудь гнусностью. Юлия восхищается учеными и боится
их.
Но еще больше ей неприятен утренний холод, хотя Солнце - вот оно, в
вышине, и на небe ни облачка.
Ей зябко, но она не приказывает окну закрыться. Ведь с нижних террас
поднимаются изумительные, истинно майские запахи. Оргия ароматов. Стены
зданий сплошь покрыты алым ковром цветов, даже ветвей и листьев не видно. К
осени цветы превратятся в сочные, ароматные фрукты. Юлия их любит: и цветы
и плоды. У нее романтическая натура. Из четырех стен на нее постоянно
льется нежная, печальная музыка, какие-то протяжные жалобы, просьбы,
призывы.
Вероятно, именно от музыки у нее мигрень, из-за которой она не пошла
на репетицию. Она обращается за помощью к домашнему киберврачу.
Раздевается, укладывает на кушетке в ванной комнате свое обнаженное
ухоженное тело. Над головой у нее вместо потолка большое зеркало.
Но зеркала сначала не видно. Его заслоняет белая пульсирующая
эмульсия. Лишь после повторенного дважды распоряжения оно является взору, и
с него слетают тучи искусственных мушек. Скача и ползая по всему телу, они
собирают информацию о состоянии организма. Это слегка щекочет, слегка
ра



Назад