c05a6d3a   

Холт Виктория - Валет Червей



Виктория ХОЛТ
ВАЛЕТ ЧЕРВЕЙ
Анонс
Вторая половина XVIII века, идет война между Англией и ее колониями в
Северной Америке.
Шарлотта, главная героиня - полуангличанка, полуфранцуженка, живущая
во Франции с новой семьей, попадает в самый центр назревающих там событий.
На фоне этого прослеживается история ее жизни. Обманутая детская любовь к
кузену Дикону, замужество с французским дворянином, который гибнет,
оставляя Лотти молодой вдовой с двумя детьми, воскресшая любовь к Дикону...
ОТВЕРГНУТАЯ
Когда граф д'Обинье приехал в Эверсли, я была на прогулке верхом.
Войдя в холл, я застала его разговаривающим с моей матерью и сразу же
поняла, что это не обычный гость. Он был немолод - того же возраста, что и
моя мать, а может быть, и старше - и чрезвычайно элегантно одет, хотя и не
совсем так, как это принято в Англии. Фасон его темно-зеленого бархатного
камзола был непривычно смелым, жилет, отделанный кружевами, - более
изящный, полосатые штаны чуть шире, а башмаки с пряжками необыкновенно
блестели. Его белый парик подчеркивал сверкающие темные глаза. Он был одним
из самых красивых джентльменов, каких я видела в жизни.
- А вот и ты, Лотти, - сказала мать. - Хочу представить тебя графу
д'Обинье. Он пробудет у нас несколько дней. - Она взяла меня за руку и
подвела к графу. - Это Лотти, - сообщила она.
Граф взял мою руку и поцеловал ее. Я была убеждена, что это не обычная
встреча, и происходит что-то очень важное. Хорошо зная свою мать, я
предположила, что она очень озабочена тем, чтобы мы понравились друг другу.
Мне он понравился сразу же, в основном за манеру, с которой поцеловал мою
руку, сразу заставив меня ощутить себя взрослой - именно такой, какой я
хотела себя сознавать, поскольку то, что мне еще не было двенадцати лет,
весьма раздражало меня. Будь я уже постарше, я могла бы бежать из дома с
Диконом Френшоу, полностью занимавшим мои мысли. Между нашими с Диконом
семьями существовали родственные связи. Он был сыном кузена моей бабушки, и
я знала его всю свою жизнь. Правда, он был почти на одиннадцать лет старше
меня, но это не помешало мне влюбиться в него, и я была уверена, что он
питал ко мне те же чувства.
В голосе матери чувствовалось оживление. Она внимательно смотрела на
меня, словно пыталась выяснить, что я думаю о нашем госте. Он пристально
разглядывал меня.
Первые слова, которые он произнес по-английски с сильным иностранным
акцентом, были:
- Ну что ж, она просто красавица. В ответ я улыбнулась ему. Я не
страдала ложной скромностью и знала, что унаследовала внешность давно
покойной прабабушки, о чьей красоте в семье ходили легенды. Я видела ее
портрет, и наше сходство было несомненным. Те же волосы цвета воронова
крыла и те же глубоко посаженные синие, почти фиолетовые глаза; пожалуй,
нос у меня был чуть покороче, а рот - чуть шире, но сходство было
поразительным. Она была настоящей красавицей. Ее звали Карлоттой, и это
придавало всему несколько мистический оттенок, поскольку еще до того, как
наше сходство стало заметным, меня окрестили Шарлоттой - почти тем же самым
именем.
- Давайте пройдем в зимнюю гостиную, - предложила мать. - Я велела
подать что-нибудь для подкрепления нашего гостя.
Мы прошли в гостиную, подали закуски, вино, и начался разговор,
который мне показался интересным я увлекательным. Граф д'Обинье, видимо,
решил очаровать нас, и было ясно, что он прекрасно владеет этим искусством.
За короткое время он успел достаточно много рассказать о себе, и я
чувствовала, что



Назад