c05a6d3a   

Хопкирк Питер - Большая Игра Против России Азиатский Синдром



sci_history Питер Хопкирк Большая Игра против России: Азиатский синдром В классической работе П. Хопкирка описаны два века противостояния (от эпохи Петра I до Николая II) между двумя великими державами — Англией и Россией — в Центральной Азии, анализируются их геополитические цели в этом огромном регионе. Показана острейшая тайная и явная борьба за территории, влияние и рынки.

Изложена история войн России и последовательного покорения ею владений эмиров и ханов — Ташкента, Самарканда, Бухары, Хивы, Коканда, Геок-Тепе, Мерва… захвата афганского Панджшеха, районов Памира. Ярко описаны удивительные и драматические приключения выдающихся участников Большой Игры — офицеров, агентов и добровольных исследователей (русских и англичан), многие из которых трагически погибли.
ru en И. И. Кубатъко Black Jack FB Tools 2006-03-23 http://publ.lib.ru/ Scan, OCR, SpellCheck: Zed Exmann, 2006 ZZA717FF4-3DE5-438A-883C-94FE507379EB 1.0 Хопкирк П. Большая Игра против России: Азиатский синдром Рипол Классик М. 2004 5-7905-1816-8 Peter Hopkirk The great game: On Secret Service in High Asia 1990 Питер Хопкирк
БОЛЬШАЯ ИГРА ПРОТИВ РОССИИ: АЗИАТСКИЙ СИНДРОМ
«Теперь мне предстоит продвигаться все дальше и дальше на север, участвуя в Большой Игре…»
Редъярд Киплинг, «Ким», 1901Но нет Востока и Запада нет, что — племя, родина, род,
Если сильный с сильным лицом к лицу у края земли встает?
Редьярд Киплинг, Баллада «О Востоке и Западе», 1889БОЛЬШАЯ ИГРА ПРОДОЛЖАЕТСЯ…
История и хитросплетения Большой Игры — так с легкой руки Р. Киплинга была названа борьба Британской и Российской империй, Китая за сферы влияния в Центральной Азии в XVIII — XX веках — мало известны не только рядовому российскому читателю, но и исследователям этого огромного внутриконтинентального региона. В этом автор убедился сам, когда в середине 90-х годов прошлого века оказался в местах, где полтора века назад разворачивались события Большой Игры с участием ее главных исполнителей.
Дважды в 1995 и 1997 годах судьба приводила меня по Каракорумскому шоссе в Северные провинции Пакистана, закрытые для индийцев и русских (по вполне понятным причинам — Кашмирский и Афганский конфликты). Однако мои поездки были абсолютно легальными.

Посольство Пакистана в Москве выдало мне визы с указанием мест, которые я имел право посещать. В числе последних были Гилгит и Хунза, бывшее княжество, а ныне Северная автономия, находящаяся под прямым управлением Исламабада, граничащая с Китаем на севере, Афганистаном на северо-западе, и Индией на востоке.
Итак, 1997 год. Город Каримабад, последний город на стратегическом Каракорумском шоссе, ведущем в Китай, ныне открытом для туристов (высший шик — спуститься на горном велосипеде с пограничного с Синьцзянем перевала Хунджераб (4700 м) до Исламабада, проделав путь в несколько сот километров!). Наша небольшая международная группа, созданная Ага Ханомnote 1 и Президентом Таджикистана Э. Рахмоновым, работавшая над концепцией Университета Центральной Азииnote 2, прибыла в этот высокогорный район, где Гималаи «встречаются» с Каракорумом и Памиром, для знакомства с результатами Программы Ага Хана по поддержке сельского населения.
Город Каримабад находится в сердце этого высокогорного массива, где расположены высочайшие вершины мира — К-2 (8616 м), «гора-убийца» Нанга-Парбат (8125-м) и красавица Ракопоши (7788-м). Здесь живут около 30 тысяч хунзахутов или канджутов (в старой русской транскрипции), русоволосых и зеленоглазых. Их происхождение связывают с весьма красивой легенд



Назад